Поверьте Рейгану на слово

20/07/2010

Новый договор с Россией о сокращении стратегических вооружений — это настоящий подарок для республиканцев, причём не потому, что это оружие, которое можно применить в политической борьбе против президента Барака Обамы, а потому, что это закономерный результат их собственных усилий. Этот договор — не очень значительный, но логичный шаг на долгом пути к стратегическому ядерному разоружению, по которому вели нашу страну президенты-республиканцы от Ричарда Никсона до Роналда Рейгана. Все те годы, что шла «холодная война», и в периоды разрядки, и в периоды напряжённости, они стремились сдержать угрозу нашему существованию и создать систему правил и стабильности в мире недоверия и неизвестности.

Новый договор приближает нас к этой цели даже сильнее, чем «ястребы» былых лет могли и помыслить. На самом деле республиканцы должны проголосовать за ратификацию, а электорату сказать, что помогли сбыться самой главной мечте Рейгана — зафиксировать на низком уровне численность самого опасного оружия на Земле. Рейган часто говорил о достижении «мира через посредство силы», а суть нового договора вполне соответствует этой формуле.

Стратегическая мощь США как мировой державы по-прежнему не имеет равных, а нынешняя Россия — лишь бледная тень советской эпохи, её давным-давно пора модернизировать. Конечно, на игровом поле мировой политики Россия выступает жёстко и упрямства и агрессивности ей не занимать. Нынешнее руководство России пока не полностью избавилось от советского менталитета. Но мы не должны считать Россию «империей зла», которая нам угрожает. На самом деле Россия — это проблемное нефтегосударство с атомными бомбами, страна с громадным потенциалом, но страдающая в результате долгого, глубокого унижения. А договор — это хороший способ обеспечить себе некоторую предсказуемость на несколько лет вперёд.

Демократы в Сенате, надо полагать, проголосуют за ратификацию, но этого мало, нужно ещё восемь голосов республиканцев. Пока что остаётся неясным, какой выбор сделает республиканское меньшинство, хотя сенатор от штата Индина Ричард Лугар, например, представляющий республиканцев в комитете по международным отношениям, равно как и целый ряд других выдающихся деятелей и официальных лиц Республиканской партии, включая бывших государственных секретарей Джорджа Шульца (George Shultz) и Джеймса Бейкера (James Baker), одобряют ратификацию.

Возможно, объяснение поведению теперешних республиканцев можно найти в эпохе борьбы Рейгана против советского коммунизма.

Когда говорят о «холодной войне», то часто забывают об одной вещи: подозревать худшее — это очень просто. США много десятилетий подряд вели громадных масштабов битву против загадочного и скрытного врага. Сорок процентов всех ресурсов ЦРУ направлялось на то, чтобы следить за «советским медведем». Мы боялись, что они получат стратегическое преимущество в борьбе, и этот страх чувствуется и в нынешних спорах: но ведь и в конце 1970-х небольшая группа американских консерваторов начала выступать с мрачными предупреждениями, что советские лидеры готовы начать ядерную войну и победить в ней.

«Мы уже вовлечены в гонку вооружений, но гонятся только Советы, — объявил Рейган 18 августа 1980 года, выступая во время своей предвыборной кампании перед ветеранами иностранных войн в Чикаго. — Они тратят на военные расходы в полтора раза больше, чем мы, а на стратегические войска — вдвое, а иногда и втрое больше».

Затем Рейган процитировал Пола Нитце (Paul Nitze), который был одним из самых активных противников договора ОСВ-2 1979 года: «Кремлёвским лидерам действительно не нужна война, им нужен мир, причём весь». К этим словам Рейган добавил: «По этой причине они направили значительную часть своих усилий на стратегические ядерные программы. В этой области баланс сдвигается не в нашу пользу, и так и будет продолжаться, если мы и в дальнейшем будем следовать курсу, заданному нашей администрацией. Советам нужен мир (а не война) и победа. Мы должны понять это, равно как и то, что это для нас означает. Им нужно превосходство в военной силе, что в случае конфронтации приведёт нас к крайне нежелательному выбору между сдачей и конфликтом».

Увидев сегодняшний расклад, и Рейган, и Нитце были бы поражены. То, чего они боялись сильнее всего, не произошло. Стратегическая гонка ядерных вооружений против Москвы закончилась. США тратят на военные расходы примерно в восемь раз... больше, чем Россия. Министр обороны Роберт Гейтс недавно отметил, что США располагают одиннадцатью большими авианосцами, способными нести ядерное оружие, и ни у одной страны в мире нет даже одного корабля, который мог бы сравниться с этими по размерам и ударной силе. Новейшие стратегические подлодки и ракеты России появляются со страшными задержками. Остро пишущий на военную тематику московский журналист Александр Гольц недавно написал, что планы России по модернизации оборонной сферы, вероятно, провалятся, потому что промышленная база страны пришла в негодное состояние и пропиталась коррупцией. Даже планы по превращению военной отрасли в отрасль цифровых телекоммуникаций — это, по его мнению, «журавль в небе». Гольц пишет, что технологии российских военных на восемьдесят пять процентов застряли в аналоговой эре.

Поэтому вызывает удивление недавняя критика, высказанная Миттом Ромни (Mitt Romney) в адрес нового Договора о стратегических вооружениях, опубликованная в газете Washington Post. Ромни пишет, что это может стать «самой страшной внешнеполитической ошибкой Обамы». Среди прочего бывший губернатор Массачусетса Ромни пишет, что договор не должен быть ратифицирован потому, что он не запрещает России устанавливать межконтинентальные баллистические ракеты на бомбардировщики. Но, конечно, сложно представить, чтобы Россия захотела установить сорокасемитонную ракету «Тополь-М» на свои полуразвалившившиеся бомбардировщики, не говоря уже о том, какие сложности технического характера это вызовет.

Подобное грубое преувеличение опасности, исходящей от России, в современных условиях не имеет никакого смысла, ведь Россия стала намного более прозрачной, чем была в минувшие десятилетия. Первый договор ОСВ, заключённый в 1972 году, позволил фактически заморозить пусковые ракетные установки, но допустимого количества ракет или боеголовок в нём не устанавливалось. Нынешний новый договор СНВ закрепляет численность боеголовок и пусковых установок на низком уровне, а также требует присвоения каждой единице вооружений уникального номера для верификации. Если бы Рейган и Нитце это видели, у них бы глаза на лоб полезли от удивления.

Но Ромни считает нужным предупредить, что договор даёт Москве «массированное преимущество перед США в области ядерных вооружений». Но если кто-то боится, что Россия начнёт накапливать ядерное оружие, как было при СССР, не лучше ли будет сразу связать её ограничениями по условиям нового договора, а не отпускать на свободу?

Даже после заключения этого договора в области ядерного разоружения останется большое поле для деятельности, в том числе — несколько тысяч единиц тактического ядерного оружия, преимущественно находящегося в России, а также резервы ядерных боеголовок, хранящиеся в США. Также существует опасность, связанная с ракетами наземного базирования в обеих странах, находящихся в состоянии боевой готовности. Игнорирование всего этого не очень похоже на республиканцев с их традиционной обеспокоенностью вопросами национальной безопасности.

Поверьте Рейгану на слово. В конце 1970-х он часто критиковал ОСВ-2, но за то, что по этому договору рост ядерных арсеналов всего лишь замедлялся, а численность вооружений не сокращалась. Став президентом, Рейган захотел, чтобы в ходе разоружения оружие действительно уничтожалось, и он добился этого в 1987 году, заключив договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, а также начав переговоры по СНВ-1, подписанному президентом Джорджем Бушем-старшим в 1991 году. Теперешний же договор, рассматриваемый Сенатом, — это просто ещё один шаг в том же направлении. Сенаторы-республиканцы, с уважением относящиеся к Рейгану, должны понять, что этот договор — его наследие. Надо не голосовать против договора ради того, чтобы досадить Обаме, а понять, что он собой представляет и какие последствия вызовет.

Рейган так и не расстался со своей мечтой о противоракетной обороне, но не позволил этой мечте помешать договариваться о снижении численности ядерного оружия. Сейчас республиканцы могут начинать выступать за противоракетную оборону через длительное время после ратификации договора, который, как уже указывала администрация, никак не ограничивает планы США по строительству ракетного щита.

Среди проблем, стоящих перед США сегодня, стратегическое ядерное противостояние с Россией вообще не числится. Закрепить объёмы арсеналов на низком уровне будет верхом благоразумия и консерватизма. Как заявил в своей недавней речи бывший госсекретарь Бейкер, договор СНВ-1 был продуктом эпохи «холодной войны», но не стал её реликтом. Благодаря ему была обеспечена стабильность на весь период хаоса, последовавший за развалом СССР, и этот договор заслуживает дальнейшей жизни.