Протестная активность россиян в последнее время растет

08/09/2010

Этим летом всем стало известно имя Евгении Чириковой, молодой московской предпринимательницы и матери двоих детей, возглавившей движение против вырубки Химкинского леса из-за строительства скоростной трассы. Чирикову и подобных ей корреспондент французской газеты Le Monde Мари Жего назвала новыми героями современной России. 22 августа на Пушкинской площади в Москве собрались несколько тысяч участников митинга-концерта в защиту Химкинского леса, который, по меткому выражению лидера рок-группы ДДТ Юрия Шевчука, стал «олицетворением борьбы простых граждан с бюрократией». И кто сказал, что россияне не способны выйти на улицы с протестом против действий правительства или крупного бизнеса?

О том, что протестное движение в России только набирает обороты, лучше всего знают социологи, политологи, журналисты и другие сотрудники Института «Коллективное действие». Эта общественная организация собирает информацию о пикетах, забастовках, митингах в разных уголках России и публикует на своем интернет-сайте http://www.ikd.ru/ . Манифест организации гласит: «Наше мнение обычно никто не спрашивает. Наше будущее решают «наверху» без нас. Но мы хотим и будем участвовать в формировании будущего России. Наше оружие — критическое мышление, информация, и коллективное действие».

О работе организации мы побеседовали с ее сотрудницей Евгенией Деминой. Евгения – фотограф, и, в частности, автор серии фотографий акций протеста против строительства высотной башни «Газпрома» (так называемого «Охта-центра») в Санкт-Петербурге. На фотографиях жители Петербурга держат в руках собственноручно изготовленные плакаты с едкими, ироничными лозунгами. Эта серия фотографий была представлена и в Париже, на прошедшей в июле выставке общественных организаций в рамках неофициальной программы перекрестного года России во Франции и Франции в России.

-  Женя, расскажите, что представляет собой институт "Коллективное действие"?

- Это организация, которая занимается мониторингом социальной активности населения, протестной активности, а также анализом социальных реформ, которые проводятся или не проводятся в государстве.

- То есть, у вас работают социологи?

- Да, но поскольку основным средством репрезентации у нас является вебсайт, то понятно, что нужны и текстовые материалы, и какие-то иллюстративные тоже.

- Вы фотографируете демонстрации, митинги и другие акции, которые поддерживаются населением. Как возникла идея создания вашей организации?

- Идея появилась в 2004 году, когда началось серьезное наступление со стороны государства на льготы, социальные гарантии и социальную защищенность населения. Поэтому решено было создать эту организацию, чтобы координировать протестную активность, оценивать ее положительные и отрицательные стороны, издавать какие-то материалы, чтобы информировать людей, и создать вебсайт, чтобы способствовать кооперации между людьми, участвующими в этих процессах.

- А кто финансирует вашу организацию?

- Никто не финансирует.

- То есть, вы работаете на добровольных началах? Сколько человек у вас работает?

- Постоянный штат включает в себя в Москве, может быть, человек семь, и есть еще несколько журналистов, которые работают в регионах.

- Расскажите, пожалуйста, каким образом развивалось протестное движение в России с 2004 года?

- Сложно говорить обо всем сразу, потому что здесь много разных аспектов. На нашем сайте есть несколько разделов: посвященных жилищным проблемам, льготам, трудовым правам, национальным отношениям, и т.д. По каждому из этих вопросов можно что-то сказать. Но, в целом, есть некоторые изменения в социальной активности населения – в последнее время наблюдается ее рост.

- С чем это связано, как вы думаете?

- Наверное, с тем, что в нашем государстве становится все меньше социальных гарантий. Поэтому со временем люди все больше понимают, что пока они сами не захотят, чтобы что-то изменилось, ничего не изменится.

- Кто протестует в России больше всего: пенсионеры, студенты или, может быть, экологи? Против чего, в основном, протестуют?

- Пожалуй, нельзя говорить о том, кто больше всего протестует, потому что это зависит от ситуации. Если есть конкретный вопрос, который затрагивает права и интересы той или иной группы, то она начинает протестовать. А если это вопрос каким-то образом решается, то она уходит с протестной сцены. Последнее время, например, случались забастовки рабочих на предприятиях, хотя вообще в России это происходит редко. Например, была большая забастовка на «Форде» в 2007 году, и до сих пор рабочие на «Форде» время от времени добиваются все большего повышения зарплаты, улучшения условий труда и т.д.

- То есть, их забастовки и другие акции принесли результат. Сильное протестное движение было и на АвтоВАЗе. А вот пенсионеры сейчас тоже протестуют? Ведь в 2004 году именно пенсионеры вышли на улицы.

- Сейчас, к сожалению, активность пенсионеров сильно упала. Они, на мой взгляд, смирились с тем, что практически лишились своих льгот. Смирились и пытаются жить с тем, что есть. Единственно, в чем сейчас активно участвуют пенсионеры, - это в протестах жилищников, например, против уплотнительной застройки. Потому что они большую часть времени проводят в своих квартирах, и их больше всего интересует этот вопрос, и они выходят протестовать против того, чтобы рядом с их домами строили какое-то элитное жилье, например, или паркинги – ради строительства которых могут быть разрушены, например, сады, парки или какие-то исторические здания.

-  Можно сказать, что это больше протест потребителей, чем политический или социальный протест?

-  Нет, это вполне социальный протест, потому что, конечно, человек должен иметь право на то, чтобы дышать чистым воздухом, чтобы у него была возможность выйти куда-то на прогулку, чтобы его дети могли бегать на детской площадке. Когда эти площадки уничтожаются, и на их месте строится какой-то паркинг – это нарушение социальных прав и гарантий.

-  Приведите, пожалуйста, пример подобной протестной акции в последнее время, которую вы фотографировали?

- Ну вот, например, протест против строительства Охта-центра в Петербурге: на улицы вышли и пенсионеры, и вообще различные группы населения – и по возрасту, и по социальному статусу.

- У вас есть корреспонденты в российских регионах. Можно сказать, что вы – социальное средство массовой информации? Можно ли назвать вас прессой?

-  В принципе можно. Это – информационное агентство, в широком смысле слова.

-  Сотрудничаете ли вы с другими общественными организациями и социальными агентствами?

-  Мы сотрудничаем с разными социальными группами – устраиваем совместные конференции, дискуссии о событиях, за которыми мы следим. Мы также сотрудничаем с профсоюзами и с такими же независимыми информационными агентствами.

- Они вам поставляют информацию о своих акциях?

- Да, они поставляют информацию, и, поскольку у нас есть довольно-таки большой опыт в оценке и анализе таких мероприятий, то мы можем оказать, опосредованно, юридическую и информационную поддержку.

- То есть, в вашей организации работают юристы, или вы помогаете группам, которые, например, хотят провести какую-либо акцию, связаться с юристами?

- Мы, скорее, являемся посредником между различными группами и, в том числе, юристами и правозащитниками. В нашей организации работают и социологи, которые занимаются мониторингом протестной активности, и журналисты, которые занимаются социальными темами.

- И действительно, все работают на добровольных началах?

- В принципе, да. Они заинтересованы в подъеме социального движения. Волонтерство у нас очень развито. Эта работа не отнимает у людей много времени. И поскольку там не два человека, не три, а семь или десять, то можно распределять обязанности и таким образом существовать.

- Вы получаете информацию из разных уголков России.

- Да, у нас есть штат корреспондентов, которые находятся в других городах, и есть связи с профсоюзными активистами, с социальными активистами, которые – если они хотят донести какую-то информацию через наш сайт, связываются с нами и предоставляют эту информацию.

- Где протестное движение более сильное, в каких регионах?

- В Москве и других крупных городах социальная активность более заметна, на мой взгляд, потому что там сосуществуют группы населения, отличающиеся друг друга и по социальному статусу, и по материальному положению. И вероятно, что их конфликты более тесные.