Кавказский котел

11/07/2010

В выходные, выпавшие на 4 июля, госсекретарь США Хиллари Клинтон посетила некоторые очень интересные места. Ее маршрут включал в себя Польшу и Украину – обе страны являются интригующим выбором, учитывая недавние переговоры Обамы и Медведева в Вашингтоне. Однако она также побывала в регионе, за последние два года практически исчезнувшем с радаров американской стратегии, посетив Грузию, Азербайджан и Армению.

Остановка в Польше совпала с подписанием нового соглашения о противоракетной обороне и была призвана поддержать американо-польские отношения перед лицом немецко-российских обсуждений, описанных нами ранее. Остановка на Украине была призвана просто обозначить свое присутствие в стране, быстро скатывающейся на российскую орбиту. В обоих случаях в центре визита были русские. Независимо от того, насколько теплой стала атмосфере между США и Россией, факт остается фактом: русские продолжают восстанавливать свое региональное влияние и пользуются европейской неустойчивостью, чтобы построить там новые отношения. Соединенные Штаты, по-прежнему занятые в Ираке и Афганистане, обладают ограниченным дополнительным потенциалом, который можно использовать для противодействия русским. Никакая атмосфера не может скрыть этот факт, уж точно не от поляков с украинцами. Так что если его и нельзя назвать значимым вкладом, визит госсекретаря США стал вкладом символическим. Но там, где сущности мало, и символы имеют значение.

Тот факт, что остановки в Польше и на Украине были столь очевидно связаны с Россией, делает остановки в Грузии, Азербайджане и Армении еще более интересными. Заявления Клинтон, сделанные в ходе кавказского турне, были положительными, как и следовало ожидать. Она выразила поддержку Грузии, не пообещав при этом никаких поставок американского оружия, которое Грузия могла бы использовать против российских войск, расквартированных в северных регионах страны, отколовшихся от  нее. В Азербайджане и Армении она призвала обе страны разрешить конфликт в Нагорном Карабахе. Армения силой взял этот спорный регион, лежащий в западной части Азербайджана, после развала Советского Союза. Для Азербайджана возвращение Нагорного Карабаха в соответствии с резолюцией ООН – фундаментальный вопрос национальной безопасности и политической стратегии. Для Армении уход из Нагорного Карабаха политически невозможен.

Это означает, что призыв Клинтон к переговорам и ее предложение американской помощи нельзя назвать особенно значимыми, особенно учитывая тот факт, что речь шла о том, чтобы Вашингтон принял участие в многосторонних, а не двусторонних переговорах. Это особенно верно в свете того, что Клинтон, похоже, указала на то, что провал турецко-армянских переговоров стал результатом действий Турции, и что именно Турция должна сделать следующий шаг. Учитывая тот факт, что на поверхности ее визит, похоже, принес мало результатов – и никаких особых результатов даже не предполагалось – стоит потратить немного времени, чтобы понять, зачем она туда вообще поехала, и в чем состоит стратегическое значение региона.

Стратегическое значение Кавказа

Кавказ – это то место, где сходятся Россия, Иран и Турция. Большую часть 19-го века три эти державы боролись за господство в регионе. Этот спор был заморожен в советский период, но теперь все закрутилось вновь. Ни одна из этих первостепенных держав не контролирует регион напрямую, но существуют второстепенные соперничества с участием Армении, Азербайджана и Грузии, которые происходят как между этих второстепенными странами, так и между второстепенными и первостепенными державами. Учитывая тот факт, что в регионе завязаны русские, иранцы и турки, интерес мировой державы (США) к нему неизбежен – отсюда и визит Хиллари Клинтон.

Из всех регионов мира, Кавказ является одним из наиболее взрывоопасных. Он с наибольшей вероятностью вовлекает крупные державы и Соединенные Штаты. Сейчас там спокойно, но как и на Балканах в 1990-м году, спокойствие не обязательно успокаивает хоть кого-то из игроков. Таким образом, мы имеем семь игроков в одном очень маленьком регионе. Кавказ можно рассматривать как котел, обрамленный Россией, Ираном и Турцией и периодически помешиваемый Вашингтоном, для которого каждая из трех крупных держав несет особые вызовы разной степени.

Кавказский регион господствует над сухопутной перемычкой между Черным и Каспийским морями. Эта перемычка соединяет Турцию и Иран на юге с Россией на севере. Регион разделен между двумя горными крядами, Главным Кавказским хребтом на севере и Малым Кавказским хребтом на юге, и двумя равнинами, отделенными друг от друга – одна находится в западной Грузии у Черного моря, а другая, крупнее, на востоке Азербайджана, по берегам реки Кура. Узкая речная долина рассекает Грузию, соединяя две равнины.

Большой Кавказский хребет является южной границей России. К северу от этих гор, с востока на запад, расположен сельскохозяйственный центр России, равнинный и без каких либо естественных преград. Поэтому, с самого начала 19-го века Россия воевала за значительную часть Кавказа, чтобы заблокировать любые амбиции Турецкой или Персидской империи. Кавказские горы столь трудны для перемещения крупных вооруженных сил, что до тех пор, пока Россия сохраняет хотя бы часть Кавказа под своим контролем, ее южные границы в безопасности. Во второй половине 19-го века и большую часть советской эпохи (исключая короткий период в первые годы создания СССР), советские позиции на Кавказе находились у границ Турции и Персии (позже Ирана). Армения, Азербайджан и Грузия были включены в состав Советского Союза, что дало Советам глубокое проникновение на Кавказ, а с ним и гарантии безопасности.

После падения Советского Союза три закавказские республики откололись от Москвы, отбросив российскую границу на север на расстояние от 160 до 320 километров. Русские оставили за собой позиции на Кавказе, но эти позиции не были в безопасности. Северная часть Кавказа состояла из Чечни, Ингушетии, Дагестана и других республик, во всех из которых проходили значительные исламистские восстания. Если бы русские покинули северо-восточный Кавказ, их оборона была бы прорвана. Но, оставшись там, они оказывались лицом к лицу с бесконечными боями.

Грузия граничит с большей частью российской границе. В хаосе, последовавшем за развалом Советского Союза, различные регионы Грузии попытались отколоться от нее при российской поддержке. С грузинской точки зрения Россия представляла собой угрозу. Но с российской точки зрения Грузия представляла собой двойную угрозу. Во-первых, русские подозревали грузин в том, что в 1990-х те поддерживали чеченских мятежников – грузины отрицают это обвинение. Вторая и более важная угроза состояла в том, что Соединенные Штаты выбрали Грузию в качестве основного союзника в регионе. Этот выбор виделся разумным, если Соединенные Штаты проводили политику окружения России, а именно этим Вашингтон и занимался в 1990-х годах (хотя после 2001 год несколько отвлекся от этой стратегии). В ответ на выявленное давление США по своему периметру, русские нанесли ответный удар в Грузии в 2008 год, чтобы продемонстрировать бессилие США в регионе.

Русские также поддерживали тесные отношения с Арменией, где по-прежнему расквартированы более 3000 военнослужащих. Армяне с глубокой враждебностью относятся к туркам и требуют, чтобы Турция признала массовые убийства армян в 1915-16 гг. Армяне и турки недавно проводили переговоры по поводу нормализации отношений, но эти переговоры провалились – с нашей точки зрения, это произошло из-за российского вмешательства. Этот вопрос был еще более осложнен, когда комитет Конгресса США одобрил в марте резолюцию, осуждающую Турцию за геноцид армян, что в свою очередь вызвало ярость турок.

Одним из встречных обвинений против Армении является то, что она проводила свои собственные массовые убийства азербайджанцев. Как раз перед развалом СССР, она устроила войну с Азербайджаном, в которой нашлось место и этническим чисткам сотен тысяч азербайджанцев, проживавших в регионе Нагорный Карабах, расположенном в западной части Азербайджана. В результате этой войны в Азербайджане появилось огромное число беженцев. Хотя Совет безопасности ООН осудил вторжение, выражаясь языком дипломатов, конфликт был заморожен.

Важность Азербайджана

Со своей стороны Азербайджан не может позволить себе вести войну против российских войск в Армении, так как тоже имеет северную границу с Россией. Азербайджан также сталкивается со значительной иранской проблемой. Число азербайджанцев, проживающих в Иране, превышает их численность в самом Азербайджане. Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи – это всем известный иранец азербайджанского происхождения. Советы оккупировали весь Азербайджан в ходе Второй мировой войны, но были вынуждены отступить под британским и американским давлением после войны, таким образом оставив большую часть Азербайджана внутри Ирана. Оставшаяся часть стала советской республикой, а затем и независимым государством.

Азербайджанцы очень обеспокоены иранцами. Между Азербайджаном и Ираном существуют глубокие различия. Азербайджан – мусульманское государство, но очень светское. Он поддерживает тесные и официальные отношения с Израилем. Он поддержал войну в Афганистане и предоставил Соединенным Штатам объекты для переброски в страну грузов. Азербайджанцы утверждают, что Иран посылает на север духовенство для открытия шиитских школ, угрожающих режиму в Баку. Очевидно, что у Ирана есть в Азербайджане и своя разведсеть.

Еще больше осложняет ситуацию тот факт, что Азербайджан уже давно является крупным производителем нефти и недавно стал экспортером природного газа, который он продает в Турцию через газопровод, проходящий по территории Грузии. С турецкой точки зрения это дает альтернативные России и Ирану источники энергоресурсов, что, очевидно, радует Соединенные Штаты. Это также является очевидной причиной, по которой Россия считает, что Азербайджан подрывает ее позицию в качестве главного экспортера энергоресурсов в регионе.

У русских есть интерес, продемонстрированный ими в 2008 году, продвинуться на юг, в Грузию. Очевидно, что если бы они могли сделать это – предпочтительнее всего, поменяв правительство и политику в Тбилиси – они бы объединились со своими позициями в Армении, и стали бы значимой силой и у турецкой границы, и рядом с Азербайджаном. Русские хотели бы интегрировать экспорт азербайджанских энергоресурсов в свою энергетическую стратегию, что привело бы к концентрации власти в российских руках и усилило бы влияние России в приграничных странах. Доказательством этому является недавнее предложение России выкупить весь природный газ, производимый в Азербайджане, по европейским ценам. Турки, безусловно, будут противиться этому по той же причине, по которой русские хотят этой сделки. Следовательно, Турция должна поддержать Грузию.

Иран, который следует рассматривать не только, как персидскую, но и как азербайджанскую страну, имеет два повода желать господства над Азербайджаном. Во-первых, это даст Тегерану доступ к бакинской нефти, а во-вторых, даст иранцам стратегическую позицию на переговорах с русскими, которой в данный момент у них нет. Кроме того, несмотря на все разговоры о волнениях в Иране, самым уязвимым местом Тегерана в долгосрочной перспективе является потенциальное желание азербайджанцев, проживающих в Иране, объединиться с независимым азербайджанским государством. Пока этого нет даже в перспективе, но если в иранском государстве есть какая-то решающая уязвимость, то это она.

Взгляните на это с американской стороны. Когда мы смотрим на карту, мы замечаем, что Азербайджан граничит и с Россией, и с Ираном. Сама по себе эта стратегическая позиция превращает его в важный актив для Соединенных Штатов. Прибавьте к этому нефть и инвестиции американских компаний, и Азербайджан становится еще привлекательнее. Прибавьте к этому тот факт, что его нефтяной экспорт поддерживает Турцию и ослабляет российское влияние, и его ценность растет еще больше. Наконец, прибавьте к этому тот факт, что Турция вызвала в Азербайджане ярость, начав переговоры с Арменией без привязки вопроса Нагорного Карабаха к любым договоренностям. В общем, у Соединенных Штатов есть возможность наладить выгодные отношения с Азербайджаном, которые передадут в руки США один из источников нефти для Турции. В то время, как турки осознают свою уменьшающуюся зависимость от Соединенных Штатов, все, что эту зависимость может увеличить, идет на помощь Вашингтону. Более того, Азербайджан – это платформа, с помощью которой Вашингтон может доставлять неудобства иранцам, или же использовать ее для проведения переговоров с Тегераном.

Американская стратегия также должна включать в себя Грузию, но Грузия всегда будет слабее, чем Россия, и если только Соединенные Штаты не готовы разместить там крупные формирования, русские могут действовать – открыто и тайно – как им вздумается. Грузинская стратегия требует сильного тыла, которым является Азербайджан – не только со стратегической точки зрения, но и как источник инвестиций в Грузию. Отношения между Грузией и Азербайджаном хорошие, и в долгосрочной перспективе то же самое можно сказать и об отношениях Турции с этими двумя странами.

Для Азербайджана острейшей проблемой является Нагорный Карабах. Для Соединенных Штатов это не злободневный вопрос, но вот создание стабильной платформы в регионе им является. Армения, самая слабая страна с экономической точки зрения, находится в союзнических отношениях с Россией, и на ее территории размещены российские войска. Учитывая тот факт, что США не интересует, кто управляет Нагорным Карабахом, и что имеется резолюция ООН в пользу Азербайджана, сложно понять, почему Вашингтон до сих пор по сути остается нейтральным по этому вопросу. Если Соединенные Штаты привержены отношениям с Грузией, что является официальной политикой Вашингтона, то из этого следует, что способности Белого дома строить свои отношения с Россией, Ираном и Турцией пойдут на пользу тесные отношения между Азербайджаном и Соединенными Штатами.

Министр обороны США Роберт Гейтс посетил Азербайджан месяц назад, а Клинтон посетила его в прошлые выходные. Какой бы сложной не казалась сторонним наблюдателям политика этого региона, ее значение для Соединенных Штатов очевидным образом растет. Можно сказать так: мир ничего не знал о Боснии и Косово, пока там не случилась война. Нагорный Карабах, Южная Осетия и Абхазия равным образом безвестны сегодня. Но они не останутся безвестными, если только не предпринять стратегические действия. Нам пока неясно, была ли поездка Клинтон просто визитом вежливости, или у нее в уме есть какая-то стратегия. Но логика американской позиции состоит в том, что мы должны рассматривать Кавказ стратегически, и в этом случае логика и региональная динамика указывают на необходимость крепких отношений с Азербайджаном.