Российский "обмен шпионами" вызывает подозрения

12/07/2010

Если скорость состоявшегося с пятницу в Вене обмена шпионами заставила кого-то в Вашингтоне удивлено вскинуть брови, она возбудила подозрения и в России. По крайней мере, один российский юрист назвал событие "сомнительным и вызывающим подозрение".

"Меня эта история заставила нервно вздрогнуть", - говорит бывший офицер контрразведки КГБ Геннадий Гудков, ныне заместитель руководителя Комитета Госдумы по безопасности. Он заметил, что "спешка" при проведении операции обмена десяти российских агентов, арестованных в США, на четырех человек, задержанных Москвой, заставила его во время судебного заседания задуматься: "кто эти люди?"
 
"Если бы они были нашими шпионами… тогда это полный провал наших разведслужб, - заявил он в субботу представителю Los Angeles Times. – Их уровень подготовки и обучения ужасен, уровень сообщений и составления донесений смехотворен, уровень взаимосвязей в группе комичен".

Остается неясным, где, в конечном счете, будут жить четырнадцать человек, ставших предметом обмена: у некоторых из них связи с их новым домом весьма непрочны.

Двое участников "шпионского обмена" сумели связаться с родными и сказали им, что "все хорошо".

Позвонить родным после обмена смогли Анна Чэпмэн, гламурная рыжеволосая красавица, прославившаяся в Интернете после своего ареста в Нью-Йорке, и Игорь Сутягин, ученый, занимающийся вооружениями, который был приговорен в России к пятнадцати годам тюремного заключения за шпионаж.

"Все в порядке, мы приземлились", - по словам друга семьи сказала Чэпмэн в пятницу сестре по телефону из московского аэропорта Домодедово.

Мать Игоря Светлана Сутягина в субботу заявила Los Angeles Times, что ее сын находится в гостинице в окрестностях Лондона, видимо, вместе с Сергеем Скрипалем, бывшим российским полковником военной разведки, и "только пытается разобраться, что к чему".

"У него нет даже приличной одежды… он до сих пор в тюремной робе", - сказала она, добавив, что Сутягину велено не выходить из гостиницы до понедельника, когда к нему должны приехать британские представители власти.

"У него нет никаких планов и ни малейшего представления, что ему теперь делать… Ему нужно время, чтобы приспособиться к новой жизни. Он принял решение не просить политического убежища в Великобритании".

Гудков уделил больше внимания прошлому Сутягина, чем его будущему.

"Одно хорошо: американцы в итоге признали, что Сутягин все же шпион, а не невинный ученый; а то правозащитники разорались, что его дело сфабриковано, он несправедливо обвинен и является политзаключенным. – говорит Гудков. – ФСБ не допустила ошибки… и американцы сами доказали это. Зачем им было бы его спасать, если бы он не был шпионом?"

Вторя западным комментатором, Гудков задается вопросом, какая сторона осталась в выигрыше в результате этого обмена.

"Американцы даже не захотели подержать их [российских агентов] у себя подольше, чтобы что-то еще узнать об этом деле. Почему? Уже получили то, что хотели? А может, они давно знали, что эти ребята – липовые шпионы, и специальной арестовали их, чтобы обменять на людей, которых высоко ценили и хотели вызволить из российских тюрем?" - задается он вопросом.

"У меня ощущение, что что-то тут очень нечисто".

Сергей Лойко – штатный сотрудник московского корпункта Los Angeles Times.