Бывшие полевые командиры продают оружие Талибану

27/01/2010

Все яснее становится тот факт, что мятежники Талибана приобретают оружие, необходимое им для борьбы с правительством и международными вооруженными силами, у своих бывших и, возможно, будущих противников: военачальников, контролировавших Афганистан в период моджахедского правления, после падения в 1992 году режима президента Наджибуллы, поддерживаемого коммунистами.

И афганское правительство, и западные силы в равной мере обеспокоены существованием огромных тайных складов оружия, принадлежащих бывшим командиром формирований ополченцев: все попытки их нейтрализовать терпят неудачу.

Генерал Гулам Муджтаба Патанг (Ghulam Mujtaba Patang), командующий 303 памирской полицейской зоной в Северном Афганистане, подтверждает существование складов оружия в северных районах. Он не сомневается, что они представляют огромную угрозу для безопасности.

- Точными цифрами о количестве оружия мы не располагаем, - сообщил он, - однако нам известно, что на севере остались крупные запасы, принадлежащие бывшим военачальникам.

В провинции Бадахшан (Badakhshan) на севере страны было обнаружено несколько крупных тайников оружия, - напомнил он.

- Существование запасов оружия – предмет серьезной озабоченности в плане обеспечения безопасности, – заявил Патанг. – Это оружие продают врагам мира и стабильности в Афганистане. У нас есть все основания полагать, что это оружие является регулярным источником военного снабжения, в том числе, сил Талибана

Генерал Франк Лейденберг (Frank Leidenberger), командующий международными силами содействия безопасности, ISAF, действующими в северных областях страны, тоже выразил тревогу обилием вооружения на севере Афганистана.

- Это оружие – дополнительная угроза нашим военным формированиям, - заявил он. – Вооруженная оппозиция просто обращает это оружие против правительства и сил ISAF. Мы не будем тратить свои силы на изъятие этого оружия; активные действия будут нами предприняты только в том случае, если к нам обратится афганское правительство за помощью в этом вопросе.

Контрабандист, торгующий оружием, поделился с IWPR информацией о том, каким образом оружие оказывается у Талибана.

- Я покупаю оружие в провинции Джаузджан у бывших военачальников, боевиков и даже у людей, занимающих высокие посты в правительстве. Затем я передаю его оптовику, который уже переправляет его Талибану, на север и на юг, - рассказал он.

Цены растут буквально с каждым днем, продолжает он свое повествование, ведь война разрастается, растет и потребность в вооружении. «За автомат Калашникова я могу получить 300 – 400 долларов США. ПК [пулемет] стоит полторы тысячи долларов, а противотанковая ракетная установка идет за две тысячи долларов. И цены постоянно растут».

Талибы предпочитают оружие российского производства, добавляет он, хотя сейчас они покупают и новое огнестрельное оружие американского производства, находящееся на вооружении у армии и государственной полиции.
Северный Афганистан наводнен оружием, оставшимся за последние тридцать лет войны. Огромные запасы скопились во время джихада против Советского Союза в 1980-х годах. После вывода советских вооруженных сил в 1989 году и последующего падения режима Наджибуллы в Афганистан продолжали поступать огнестрельное оружие и артиллерийские припасы, поскольку соседние страны, включая Россию и Иран, оказывали поддержку Северному Альянсу в его борьбе против Талибана.

ООН попыталась разоружить население, но ее материальные возможности, которые можно было  бы противопоставить многомиллионнодолларовой программе, действовавшей в течение пяти лет, были мизерными.

Программа роспуска нелегальных вооруженных формирований (DIAG), поглотила свыше ста миллионов долларов с января 2005 года, когда она была начата, однако в ее рамках удалось конфисковать меньше пятидесяти тысяч единиц вооружения, по официальным отчетам ООН.

- Хотя за последние пять лет мы разоружили более 150 незаконных вооруженных группировок на севере страны, количество изъятого оружия весьма невелико, - признает генерал Абдулманан Абед (Abdulmanan Abed), представитель министерства обороны и руководитель программы DIAG в Северном Афганистане.

- Мы конфисковали всего семь тысяч единиц вооружения. Склады, принадлежащие военным командирам, найти так и не удалось.

Проблема в том, что охрана вооружения связана с политическим патронажем, добавил он.

- Политические группы на севере контролирую эти склады, и мы опасаемся, что они, возможно, пожелают использовать хранящееся там оружие в политических целях, - заявил Абед. – Они поддерживают порядок на этих тайных оружейных складах, чтобы осуществлять давление на правительство и на население. К тому же это – удобный  источник снабжения Талибана.

Командиры боевиков приобрели большую часть оружия во время беспорядков в годы гражданской войны и спрятали его в тайниках.

Как рассказывает чиновник, работавший ранее в программе разоружения, демобилизации и реинтеграции (DDR), нацеленной на возврат участников ополчения к гражданской жизни, значительная часть этого оружия в итоге попала в руки авторитарного лидера, узбека по национальности, Абдул Рашида Дустума (Abdul Rashid Dostum), командовавшего крупной армией на севере страны, и его конкурента, командира Атта Мухаммада Нура (Atta Mohammad Noor), ныне губернатора провинции Балх.

- 8-й армейский корпус генерала Дустума и 7-й армейский корпус Атта Мухаммада имели на вооружении более тридцати пяти тысяч единиц оружия разного рода, - заявил пожелавший остаться неизвестным чиновник IWPR. – Но они сдали комиссии только семь тысяч единиц оружия, а все остальное находится на тайных складах, принадлежащих военачальником.

Коалиционные силы, руководимые Америкой, действующие в сотрудничестве с программами DDR и DIAG, разыскивали преимущественно оружие тяжелого калибра, и не уделили достаточно внимания легкому вооружению, что и привело к нынешней тяжелой проблеме.

И Дустум, и Атта отрицают свою причастность к хранению оружия.

Дустум в настоящее время руководит штабом главнокомандующего афганской армии; этот в значительной мере формальный пост, тем не мене, обеспечивает ему власть и уважение. Кинджа Кагар (Kinja Kagar), представитель его политической фракции, Джунбеш-е Милли (Junbesh-e Milli), заявил IWPR, что у Дустума вообще нет оружия.

- Он отдал все оружие комиссии DDR , - утверждает Кагар. – Поэтому наша партия и получила разрешение министра юстиции на ведение политической деятельности.

Мунир Ахмад Фархад (Munir Ahmad Farhad), представитель губернатора Балха (Balkh), настаивает на том, что Атта тоже полностью разоружен.

- Атта очень гордится процессом проведения изъятия оружия, ведь он был первым, который его сдал, - заявил Фархад. – Он распустил 7-й армейский корпус.

Однако убедить в этом удалось ему далеко не всех. Мухаммад Хашем Зарех (Mohammad Hashem Zareh), губернатор провинции Джаузджан (Jowzjan), не называя прямо Атта или Дустума, довольно пространно намекает, что эти люди недостаточно полно сотрудничают с программами разоружения.
 
- Военачальники, ответственные за десятки тысяч солдат, говорят, что у них нет ни одного орудия, - да кто этому поверит, - замечает он. По его мнению, именно недостаток сотрудничество со стороны крупнейших военачальников замедлило процесс разоружения и дало мятежникам возможность в изобилии приобретать огнестрельное оружие и амуницию.

Отобрать это оружие будет, полагает полковник в отставке Абдулла Хан (Abdullah Khan), военный эксперт по северным областям.

- Изъятие оружия будет оставаться неразрешимой задачей, пока эти военачальники удерживают свои политические позиции в правительстве, – заявил он IWPR. – Как может губернатор сотрудничать с DIAG или  DDR, если он сам располагает незаконным оружием и держит у себя на службе нелегальные вооруженные отряды?

Как полагает Хан, на руках у Дустума и Атты в настоящее время находится всего более ста тысяч единиц оружия.

- И никто у них его не отберет, пока эти люди стоят у власти, – утверждает он.
Жители северных областей тоже обеспокоены обилием огнестрельного и прочего оружия в своем тылу.

- Те, у кого были оружейные склады, сейчас устраиваются на работу в полицию, - говорит Рауф Хан (Rauf Khan), житель провинции Джаузджан.  - Они сдают свои старые калашниковы, но ревностно оберегают настоящие тайные склады.
При случае они используют это оружие против правительства и мирного населения. Правительство должно предпринять решительные действия в отношении этих военных командиров, чтобы население могло чувствовать себя в безопасности.