Афганистан: сердца, умы и воинский контингент

26/01/2010

Военный обозреватель Стюарт Тутал (Stuart Tootal) – бывший полковник британских воздушно-десантных войск, командовавший в Афганистане батальоном, автор книги «Близкая опасность» («Danger Close») (Кодовая фраза, применяемая при вызове огневой поддержки, чтобы обозначить наличие дружественных сил вблизи позиций врага, - прим. пер.), посвященной его афганскому опыту, поделился с Reuters своими соображениями о перспективах операции НАТО.

-Можно ли выиграть в этом конфликте?

-Если говорить о выигрыше, надо отметить, что успешное завершение в данном случае не подразумевает полной победы. Это – не обычная война. Можно ли достичь состояния стабильности и прекратить экспорт насилия? Да. Как этого добиться? С помощью грамотных противоповстанческих действий при достаточном обеспечении ресурсами всех направлений развития. Для этого необходимо, в частности, склонить на свою сторону центр тяжести, то есть народ - чтобы они не поддерживали повстанцев, а поддерживали кого-то другого, того, кто улучшит их жизнь, и чтобы ему не было нужно браться за оружие.
Я не думаю, что это будет легко. Нам потребуется много времени и много ресурсов.

-Можно ли просто уйти из Афганистана?

- Вспомним 11 сентября. В мире не должно быть неуправляемых регионов, в которых могут готовиться подобные теракты – а Афганистан именно такое место.
Если мы уйдем, не завершив свои задачи, это дестабилизирует регион, в том числе и Пакистан, а происходящее на севере Пакистана неминуемо сказывается на Афганистане. Сейчас там осуществляется сдерживание.
Кроме того, мы бы этим придали серьезный импульс экстремистским движениям по всему миру, в особенности «Аль-Каиде» и ее последователям, как раз в то время, когда контртеррористическим стратегии и инициативы в самых разных областях – не только в военной, но и в образовательной, политической и социальной, стали давать положительный эффект.

- Каковы уроки истории в отношении Афганистана?

- Мы не повторяем советское вторжение. Те, кто называет Афганистан «кладбищем империй», упрощенчески перетолковывают историю. Силы НАТО – не войска Британской империи в красных мундирах, и не советская армия. НАТО осуществляет международную миссию с участием 42 стран по четкому мандату ООН. У русских такого международного мандата не было, они руководствовались политикой холодной войны, своего рода сверхдержавным империализмом - примерно как и мы в 19-м веке.
Афганистан – это также не Вьетнам. Вьетнам был завязан на соперничество сверхдержав. Стояла задача не пустить коммунистов на юг. Кроме того, это была попытка вести войну обычными методами в крайне необычных условиях. Стоит также отметить, что с этической точки зрения эта война, вероятно, была не совсем оправданной.

- Насколько сильны талибы?

- С точки зрения противоповстанческой стратегии, они слабеют. Оценивая их силы, следует учитывать не то, сколько у них бойцов, или сколько их бойцов мы убили, а то, сколько людей их поддерживает.
Талибы не делают тех успехов, которые им многие приписывают. Я не утверждаю, что они в некоторых отношениях не усиливаются материально – впрочем, они также несут урон от НАТО – однако успех здесь нельзя измерять в категориях убыли личного состава. Главное – это народная поддержка.

- Правильны ли стратегия и тактика американцев?

- Я думаю, что у американцев есть своя противоповстанческая стратегии. Это результат наличия у них ряда крупных военных мыслителей, таких как генерал Дэвид Петреус. То, чего Петреус добился в Ираке, в котором дела обстояли крайне скверно, очень впечатляет. Он соединил уроки истории с новым мышлением и получил исключительные результаты, сильно изменив ситуацию в Ираке.
У противоповстанческих действий существуют свои основополагающие принципы. Четкой схемы здесь быть не может, но есть определенные модели, которые надо видоизменять с учетом местной динамики. Вначале всегда делается множество ошибок, и на них приходится учиться, чтобы понять природу конфликта.
Борьба с повстанцами - тяжелый труд, ложащийся на плечи рядовых солдат. Если мы вводим войска, туда, где есть талибы¸ мы вынуждены там укрепляться.

-Скажутся ли потери военных на общественной поддержке войны?

- «Синдром похоронного мешка» может очень плохо на ней сказаться. Мы четко понимаем, чего мы хотим добиться в Афганистане, но правительство это озвучивает недостаточно ясно. Оно должно объяснить причины нашего присутствия там, наши цели и методы так, чтобы люди в Британии это поняли. Потому что если мы проиграем в Афганистане, причину этого нужно будет искать не на пыльных равнинах Гильменда или Кандагара, а в столицах – в Вашингтоне, в Лондоне. Так было и с Вьетнамом.