Британские идеи и интересы государств Кавказа

16/03/2010

Великобритания уже 20 лет разворачивает стратегию получения доступа к источникам энергетического и иного универсального сырья в России, но, при значительных успехах, эта стратегия остается нереализованной. В связи с этим, Великобритания разрабатывает в этом направлении систему рычагов давления на Россию, применяя различные приемы.

В связи с возникшей проблемой ДОВСЕ в ряде исследовательских учреждений Великобритании состоялись обсуждения создавшейся ситуации. Ряд экспертов приходят к выводу, что ДОВСЕ действительно устарел, причем, не только содержательно, но и в более широком политическом смысле. Британские СМИ настроены довольно критически, но некоторые комментаторы отмечают, что со стороны Запада явилось опрометчивым не подготовиться к такому повороту в российской политике, тогда как некоторые эксперты предупреждали, что ДОВСЕ рано или поздно может стать рычагом шантажа и давления со стороны России. В целом, экспертные круги Великобритании восприняли возникшую проблему более сдержанно, чем политики и парламентарии. Вместе с тем, некоторые эксперты удовлетворены, так как их недавние разработки стали более востребованными, и они приглашаются в МИД и МО для обсуждения данных вопросов. До сих пор не понятно, какие из разработок и предложений экспертов станут более предпочтительными для правительства, и вообще будут ли они использованы для применения в конкретных политических инициативах. Но фактор нового премьер-министра и нового министра иностранных дел стал определяющим в стремлении Великобритании стать лидером в обсуждении данной проблемы в НАТО и ОБСЕ.

Посол Великобритании в НАТО передал в штаб-квартиру альянса предложение своего правительства, которое содержало следующее: государства-члены НАТО объявляют о приостановлении действия данного договора, до принятия соответствующих решений и в связи с заявлением России; НАТО вырабатывает основы для нового договора, который будет предполагать определенные ограничения и порядок использования обычных вооружений до установленных сроков; данный договор будет носить открытый для присоединения к нему характер; затем наступит период изучения состояния с обычными вооружениями в Европе и принятия квалифицированных оценок по этому вопросу, и если выяснится, что Россия или ряд государств не имеют намерений присоединяться к новому договору и серьезным образом превзошли базовые уровни обычных вооружений, которые сложились в настоящее время в рамках ДОВСЕ, то НАТО должно принять решения о политике в сфере вооружений, которые соответствуют требованиям обороны и безопасности.

Таким образом, предложение Великобритании направлено на начало гонки вооружений, когда вероятным противником будет однозначно признана Россия. Можно предположить, что данные шаги Великобритании направлены, скорее, не на реализацию данного плана, а на организацию сильного давления на Россию. Обращает внимание то, что данное предложение никак не было связанно с разработками экспертного сообщества, и, скорее всего, не было предварительно обсуждено с партнерами по НАТО. По имеющимся сведениям, не только Франция и Германия, но и США весьма настороженно отнеслись к данному предложению. Во всяком случае, данное предложение было выдвинуто официальным образом и находится в процессе рассмотрения.

Таким образом, нивелирование ДОВСЕ стало бы одновременно и рычагом давления и уступок России в части наращивания своего военного потенциала на флангах, в том числе и в регионе Южного Кавказа. Это, несомненно, ставит под угрозу позиции Грузии и Азербайджана, а также не может устраивать ни США, ни НАТО. За непротивление Запада в ликвидации ДОВСЕ, который давно не устраивает Россию, Великобритания могла бы получить все те источники нефти, газа и сырья, которые попали бы под ее контроль.

Следует отметить, что данное британское предложение, на самом деле, может носить более системный характер, чем представляется при первом приближении. Эта инициатива может связываться с пересмотром уровней вооружений для некоторых государств, связанных с проблемами обеспечения безопасности энергетических коммуникаций. Например, хорошо известно, что государства Южного Кавказа давно перешагнули лимиты по обычным вооружениям. Поэтому пересмотр лимитов может стать важным условием легитимности новой ситуации с вооружениями. Примечательно, что все государства Южного Кавказа со скрытым интересом восприняли возможную перспективу пересмотра или упразднения ДОВСЕ.

По мнению предыдущего главного редактора наиболее авторитетного издания в сфере вооружений Millitary Balance – полковника Кристофера Лэнгтона, «с самого начала принятия ДОВСЕ было понятно, что условия договора не могут удовлетворить Россию, и если Россия приобретет новые экономические возможности и политические амбиции, она будет стремиться к пересмотру договора. На саммите ОБСЕ 1999 года, где был принят пересмотренный вариант договора, стало ясно, что это не предел корректировок, и в будущем возникнут вновь проблемы с ДОВСЕ. Можно допустить, что Россия стремится использовать свои претензии по ДОВСЕ как рычаг давления, но нужно понимать, что истинные причины более фундаментальны: Россия хочет обрести новые возможности в сфере обороны. Поэтому, чем раньше удастся придти к общему соглашению при новых условиях, тем лучше для безопасности». То есть, Запад приглашает Россию к диалогу по этой проблеме.
Азербайджанские политологи обвинили Великобританию в организации ирано-азербайджанской конфронтации в Каспийском море и в целом по всему политическому спектру. Однако данные оценки очень быстро были исключены из азербайджанских СМИ.

По оценкам Международного института стратегических исследований (Лондон), Великобритания сыграла позитивную роль в нормализации отношений между Азербайджаном и Россией, прежде всего, по вопросу раздела и упорядочивания режима по Каспийскому морю. «Бритиш Петролеум» приложила немало усилий, чтобы убедить азербайджанское руководство нормализовать и одновременно деполитизировать отношения с Россией. Несомненно, Великобритания заинтересована в развитии преимущественно экономических отношений между Азербайджаном и Россией, в деполитизации ситуации в Каспийском море. Вместе с тем, это привело к дополнительной изоляции Ирана, к созданию неблагоприятных условий экономической деятельности Ирана в Каспийском море. Иранцы также не сомневаются в том, что Великобритания пытается играть роль «дирижера» в Каспийском бассейне, но вынуждены не распространять это обстоятельство в СМИ.

США и Великобритания – две державы, противостоящие 30 лет исламскому режиму в Иране, практически не пытались в борьбе с исламским режимом использовать этнические проблемы. США понимали, насколько опасны для них этнические движения в регионе Ближнего и Среднего Востока, которые создают условия несистемности и хаоса, иллюстрацией чему являлось всегда курдское национально-освободительное движение. Американские эксперты, хорошо представляющие этнические проблемы в Иране, утверждали, что эти движения не имеют достаточного потенциала, бесперспективны и политически бессмысленны. Представляет интерес то, что в последнее время американские и британские СМИ в определенной мере освещают этнические и этнорелигиозные проблемы в Иране.

При этом, если ранее более-менее подробно освещались проблемы Иранского Курдистана и тюркоязычных провинций, то теперь довольно подробно освещаются самые незначительные элементы данных проблем, касающихся десятков этнических групп в Иране. Обращает внимание то, что ведущие СМИ США и Великобритании рассматривают эти вопросы достаточно регулярно. В Турции создан ряд общественных и исследовательских организаций, направляющих свою деятельность на подрыв политического порядка в Иране. При этом, в данных организациях немало представителей этнических и религиозных групп Ирана. То есть, интересы Великобритании в Каспийском море и в отношении Ирана никак не вызывают восторга в Азербайджане. Кроме того, Великобритания никогда не делала проблемой отношения между Арменией и Ираном, напротив, поощряла усиление позиций Ирана в Южном Кавказе.

Сейчас уже никто не исключает версии, что ГУАМ, в значительной мере, разработан как британский проект. Логика и формат этого проекта настолько отражает британские интересы, прежде всего, в части оказания давления на Россию, что роль США могла здесь быть спонсорской и патронажной. ГУАМ стал составной и важной частью проекта давления на Россию и соответствовал британским намерениям на Кавказе и в  Евразии. Большие разочарования в деятельности ГУАМ также оказали влияние на попытки переосмыслить внешнюю политику Грузии. По выражению бывшего министра экономики и реформ Кахи Бендукидзе, «ГУАМ изначально содержит ощущение провала и отсутствия эффективности, давно пора разобраться, в чем неудачи этого проекта, а не пробивать его упорно, любой ценой». Михаил Саакашвили пытается выйти за рамки энергетических проектов и предложить партнерам Грузии разнообразные экономические проекты.

Отмечается, что в части ГУАМ Грузию все больше интересуют не политические, а экономические задачи. Во-первых, политика России привела к значительной коррекции потоков энергоресурсов. Во-вторых, инициативы ГУАМ, несмотря на декларативную поддержку США и Великобритании, не получили международной поддержки и понимания. В-третьих, политическая ситуация в Украине весьма неустойчивая, и смена правящей элиты, несомненно, повлияет на состояние ГУАМ и, возможно, приведет к краху этого проекта. В связи с этим, М. Саакашвили пытается заручиться поддержкой предпринимательских кругов на Украине и в Азербайджане, создать новые экономические связи, заинтересовать эти страны не только транзитной функцией Грузии, но и в других сферах экономики.

По поручению М.Саакашвили, грузинские политики и представители отдельных фракций парламента пытаются установить контакты и долговременные отношения с различными партиями, организациями и интеллектуальными кругами на Украине. Украина стала важным направлением грузинской внешней политики. Рассматриваются различные форматы отношений, например, Организация Черноморского Сотрудничества. М. Саакашвили пытается придти к договоренности с Украиной в сфере развития промышленности, в том числе, оборонной. Предлагаются небольшие, но, возможно, интересные планы кооперации между отдельными компаниями и предприятиями. М.Саакашвили стал с некоторым недоверием относиться к предложениям стран Восточной Европы, но с Украиной он связывает многие задачи экономического развития. М.Саакашвили рассматривает Украину как важного партнера в противодействии России.

Вместе с тем, если иметь в виду, что подавляющая часть энергетических проектов осуществлена в Грузии вне рамок ГУАМ, то, в целом, этот проект, несмотря на неоднократное возобновление деятельности этой региональной организации, потерпел фиаско, и никакие попытки сохранить ее путем включения в нее Польши, Румынии и других стран не способны сделать ее деятельной и эффективной. В рамках логики британской политики ГУАМ выполнил свою задачу и должен быть свернут, конечно, в обмен на договоренности с Россией по экономическим и ресурсным вопросам. Создается впечатление, что сигнал по свертыванию ГУАМ был подан из Лондона. Конечно, Россия могла бы должным образом оценить эту услугу британских политиков.

Развертывание Косовского проекта тесно связано с глобальной британской стратегией геополитического блокирования Германии и ее партнеров в Центральной и Восточной Европе, недопущением создания зоны исключительного германского влияния. Грузинское общество восприняло косовский прецедент как весьма опасный с точки зрения грузинских национальных интересов. Примечательно, что аналогичным образом воспринимается политика Запада в отношении Косово в России. В Грузии, естественно, надеются, что подходы к решению косовской проблемы не станут прецедентом для аналогичных или схожих проблем. Западное сообщество, прежде всего, американцы, преподносят Грузии свое видение распространения косовского прецедента как важное условие соблюдения ее национальных интересов.

Американцы и британцы всячески подчеркивают неприемлемость распространения данного примера на Абхазию, Южную Осетию и другие самостийные республики. Одновременно, обсуждение косовского вопроса в ООН продемонстрировало, что Россия последовательно придерживается своих позиций о недопустимости запуска глобального и опасного процесса сепаратизации. Это, как ни что другое, сводит к общей позиции Россию и Грузию. Вместе с тем, позицию США и некоторых государств Европы в отношении Косово следует воспринимать совершенно иначе, чем принято в СМИ и политической литературе. Данные принципы заключаются в том, что какие-либо принципы вообще отсутствуют. После предоставления суверенитета Косово очень скоро инициаторы данного процесса продолжат его осуществление, так как это включается в определенную доктрину США и Великобритании. Кроме того, на каждом этапе суверенизации «неподконтрольных территорий» (в соответствии с американской терминологией), данный процесс будет иметь различные цели и функции. Сейчас Косово имеет много солидарных государств, но и много противников в Европе. И на данном этапе процесс представляет собой ударный прием в отношении Европы, а вовсе не России.

Тем не менее, после предоставления независимости фактор Косово станет использоваться уже непосредственно против России. На следующем этапе Косово, а также Северный Кипр станут удобной «наживкой» для политического проектирования на Ближнем Востоке. США явно не устраивает нынешняя конфигурация границ в Евразии и на Ближнем Востоке, и проблема суверенизации имеет долговременную перспективу. Именно на путях реализации данной доктрины и окажется Грузия, которая может попасть под «колеса» одного из принципиальных геостратегических процессов. Проблема уже не в том, что Абхазия и Южная Осетия не вернутся под политический контроль Грузии. Этот вопрос даже не предрешен, а, практически, решен бесповоротно, что и фактически признано международным сообществом. Но может возникнуть новое обстоятельство – данные два государственных образования получат международное признание независимости или признание как часть России.

Зачастую стратегические доктрины становятся не только менее важными, чем политический стиль и приемы, но и производными от политического стиля. Несомненно, в отношении данных проблем разработана единая концепция действий, которая, несмотря на различия в подходах, имеет одну цель – убедить бывшие «метрополии» в необходимости принципиальных уступок и даже в признании независимости непризнанных государств. После августа 2008 года Грузии предназначено только наблюдать, как две ее бывшие провинции интегрируются в Российскую Федерацию, а также, неотвратимо, в европейские программы. Это ближайшие цели. Наиболее отдаленные задачи возникнут в Афганистане и Пакистане. Но самая большая интрига имеет место в осуществлении среднесрочных задач. В этом смысле не может быть сомнений в том, что Косово – действительно не прецедент, но не прецедент геополитического застоя. Такой фактор, как Косово, создается не для того, чтобы не работать в полной мере. О каких прецедентах идет речь – процесс пошел. Косово продемонстрировало, что кардинальные интересы Грузии находятся в онтологическом противоречии с интересами океанических держав.

Перевод: Гамлет Матевосян