Финансовый кризис. Часть 3.

06/01/2010

В начале третьего тысячелетия внезапно началась мода на творчество одного мыслителя XIX века. Это Карл Маркс (Karl Marx), родившийся в 1818 году в городе Трир на западе Германии. В своём фундаментальном труде «Капитал» Маркс процитировал одного деятеля профсоюзного движения, сказавшего так:
«Капитал боится отсутствия прибыли или слишком маленькой прибыли, как природа боится пустоты. Но раз имеется в наличии достаточная прибыль, капитал становится смелым. Обеспечьте 10 процентов, и капитал согласен на всякое применение, при 20 процентах он становится оживлённым, при 50 процентах положительно готов сломать себе голову, при 100 процентах он попирает все человеческие законы, при 300 процентах нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы».

Слова Маркса подтвердились. Боясь наступления депрессии в свете событий 11 сентября, центральные банки запрудили финансовую систему ликвидностью, что побудило финансистов изобрести огромное количество способов извлечения выгоды из этой ликвидности.

В Америке воцарились триумфальные настроения: внезапно, всё новое объявили заведомо благотворным. Ведущий телешоу Крис Мэтьюс (Chris Matthews), раньше писавший речи для Джимми Картера (Jimmy Carter), назвал США «самой быстрой страной» в мире. Многие в этом десятилетии задавались одним и только одним вопросом: как заработать как можно больше денег и как можно быстрее?

Страх перед «капитализацией» планеты

Руководители международного валютного фонда (МВФ) попытались убедить скептически настроенных немцев в том, что их страх перед турбокапитализмом ничем не обоснован. Согласно отчёту, опубликованному специалистами МВФ в 2006 году, новая система, по которой общий риск делился на множество мелких частей и распределялся между многими людьми, была надёжней, чем старая.

Это было роковой ошибкой. В середине 2008 года лопнул гигантский пузырь, раздувшийся преимущественно на рынке недвижимости в США. Банки посыпались, как доминошные фигурки, рухнул реальный сектор экономики. К концу года валовой внутренних продукт Германии сократился на 4,5 процента; в послевоенной истории страны худшего не случалось ни разу.
Террористы, нанесшие удар 11 сентября, учнитожили нечто горазо большее, чем нью-йоркские башни-близнецы, часть здания Пентагона и тысячи человеческих жизней. Отдалённым последствием их действий стала гибель капитализма.

На некоторое время привычный мир перевернулся вверх дном. Банкиры, до того презиравшие политиков, вдруг начали умолять их спасти финансовую систему, был даже разговор о том, чтобы вернуть в это дело политику. И капитализм как система, и сами банкиры оказались дискредитированными, доверие к ним испарилось. Оказалось, однако, что финансы были всего-навсего отброшены ненадолго назад, но вскоре всё возвратилось на круги своя. Жажда прибыли вернулась на своё место, а проблемы, как это ни парадоксально, остались политикам.

Сейчас на стабилизацию финансовых рынков направляется политическая энергия. Если бы не государство, могла бы наступить мрачная эпоха депрессии, напоминающая тридцатые годы, с перспективами массовой безработицы, а может быть, даже и голода.

Сейчас капитал нужен для того, чтобы дать новый старт буксующим экономикам. В 2008 году мировые финансовые рынки обесценивались на миллиард долларов (684 миллиона евро) каждые двадцать четыре минуты. С тех пор государства сделали всё, что могли, для укрепления и стабилизации банковского сектора, автопрома и недвижимости.
Объёмы правительственных займов достигли беспрецедентного уровня. Потерянное десятилетие стало ещё и одним из самых затратных десятилетий, во всяком случае, за мирный период.

Страны «двадцатки» выделили около полутора триллионов долларов на спасение экономики. Налогоплательщикам предстоит выплачивать проценты по всевозможным государственным программам «выкупа» и стимулирования ещё сто лет, и общий объём выплат превысит первоначальную задолженность в несколько раз. Это отвлекает внимание от некоторых других проблем, и не только внимание, но и возможные источники финансирования. Проблемы, которые не решаются сегодня из-за того, что политики вынуждены сосредотачивать усилия на ликвидации последствий экономического кризиса, в будущем скажутся на государственных бюджетах и фондах социального обеспечения, которые окажутся в крайне неблагоприятной обстановке. А когда это случится, банкиры, скорее всего, будут ругать политиков за то, что те ничего не делали.

Вперёд и вперёд

От этих проблем страдает преимущественно Запад. Китай во время кризиса умудрился только ускорить своё движение к статусу мировой державы. Валютные запасы Китая превысили два триллиона долларов (у Германии — 180 миллиардов), доля частных сбережений в стране составляет сорок процентов (у американцев — всего четыре). В результате Китай смог побороть кризис, потратив лишь немного денежных запасов.

Для партии и правительства Китая глобальный крах экспортных рынков стал желанной возможностью удовлетворить накопившийся спрос на инвестиции внутри этой гигантской страны. Китайская экономика уже опять начала расти, на 2010 год прогнозируется рост более восьми процентов.

Китайцы не забывают превращать свою экономическую мощь в политическую. Запад не в силах самостоятельно справиться с последствиями финансового кризиса и нуждается в помощи таких «новых» держав, как Китай и Индия.
Теперь правила, по которым играют на мировых финансовых рынках, составляются не исключительно в Лондоне, Берлине и Вашингтоне. Китай же, в свою очередь, не всегда заинтересован в установлении таких правил, которые помогают Западу решать свои проблемы.

Новые игроки из Азии обожают спекулятивные операции и стремятся превратить свои биржи в Шанхае и Гонконге в новый финансовый центр мира. Финансово-биржевой квартал Шанхая, Пудун, стремится стать новым Уолл-стритом. Биржи здесь самые дикие, самые свободные и самые опасные в мире.

Политики стран Запада волнуются. Но западный капитал тянется в Азию, как зачарованный. Уже несколько лет количество компаний, регистрирующихся на китайских биржах, превышает аналогичный показатель для бирж США. Вполне вероятно, что следующий финансовый кризис разразится в Китае.

Бывший глава Федеральной резервной службы США Пол Волкер (Paul Volcker), ныне консультирующий Обаму по экономическим вопросам, смотрит на разворачиваемую государствами, центробанками и инвесторами бурную деятельность и не верит своим глазам. Сам он советовал президенту расчленить крупнейшие банки страны и запретить им заниматься одновременно предоставлением кредитов и биржевыми спекуляциями. Видимо, Волкер считает нужным сделать профессию банкира такой же скучной, какой она когда-то была.

Но Белый дом отклонил предложения Волкера. Волкер убеждён, что кризис ещё не закончился, потому что его уроки никто не усвоил и даже не понял, в чём они заключались. Мир всё ещё настроен вести себя безответственно. Потерянное десятилетие продолжается.