Лоббистская работа в Давосе

26/01/2010

В расположенном в Цюрихе кабаре Dada-Haus стрельба велась боевыми патронами. Может быть, именно потому, что на пресс-конференцию пришли только семь журналистов, официальный представитель «Бернского заявления» черпал свои выражения в самом низу своего словарного запаса. «Предприятие начинает вести себе, достигнув определенного уровня и влияния, часто как клинический психопат, то есть беспринципно, бессовестно и без всякого сожаления», подчеркивает официальный представитель Public Eye Award  Оливер Классен (Oliver Classen). Всемирный экономический форум (ВЭФ) в Давосе, по его мнению, является «не столько санаторием, сколько закрытым заведением для пораженной кризисом экономической элиты». Против этих сумасшедших будут в одиннадцатый раз предприниматься действия. В этих целях наихудшие из них будут удостоены издевательской премии - премии Public Eye Award. В списке кандидатов находятся такие имена как Roche, Международный Олимпийский Комитет, а также Royal Bank of Canada.

Позднее в ходе прямого общения член неправительственной организации Классен говорит: «Всемирный экономический форум покоится на самообмане. Он делает вид, как будто он хочет улучшить мир. При этом он не является частью решения, но становится частью проблемы. Он цементирует и символизирует главенство экономики над политикой». После этого собеседник добавляет громкости. «ВЭФ – это не нейтральное место, здесь встречаются представители 1000 крупнейших в мире фирм. И у них есть совершенно ясные интересы, и они их активно лоббируют в сферах большой политики. Против этого нужно что-то предпринять, если вы еще окончательно не лишились человеческого разума».

Это одно из многих мнений, которые ежегодно в январе высказываются против ВЭФ, и все они рисуют сомнительную картину проводимых мероприятий у камина в Давосе – встречи экономической и политической элиты как мирового тайного парламента. И иллюминаты, и масоны, и члены Бильдербергского клуба, и сионские мудрецы – кого ни возьми из существующих в мире теорий заговора, – все они кажутся незначительными в сравнении с той тайной властью, которую враги приписывают ВЭФ. Социолог и автор предназначенных для ООН докладов Жан Циглер (Jean Ziegler), не поморщившись, издевательски назвал в прошлом году ВЭФ «Балом вампиров».

Одни собираются, чтобы поболтать, а другие чуют заговор

Тем самым Циглер – а все знают, что он там был – подошел очень близко к делу. В течение пяти дней в Давосе танцуют, несут вздор, выпивают, принимают пищу, однако составляется ли при этом повестка дня для всего мира? Принимаются ли долгосрочные решения? Управляют ли миром? Нет, этого здесь не происходит. Все тревоги в Давосе надежно укрыты белоснежным словом «нет». 

Мероприятия на форуме традиционно открываются каким-нибудь бессодержательным призывом (в этом году: «Improve the State of the World:Rethink:Redesign: Rebuild»), а заканчивается встреча в Давосе традиционно таким же бессодержательным коммюнике и заключительным заявлением (в прошлом году: Руководители в Давосе обещают сотрудничать в глобальных решениях глобального кризиса»; «США готовы возглавить борьбу против изменения климата»). Во время работы форума вряд ли удастся  услышать какую-нибудь неожиданную фразу, в рабочих группах господствует пустозвонство, мероприятия продолжаются час или два часа, и за это время нельзя глубоко обсудить проблемы. Поэтому результат получается ожидаемый, и, по сути, вообще не предпринимается попыток скрыть то, что здесь на самом деле происходит – просто светская болтовня (SmallTalk) с другими представителями того же влиятельного класса. А еще здесь устраиваются ночные вечеринки, на которых с бокалом шампанского можно встретить Клаудию Шиффер рядом с Рупертом Мэрдоком, Сергея Брина, Эрнесто Бертарелли, Ал Гора рядом с норвежским кронпринцем.

Таким образом ВЭФ можно было бы отметить как смотр сил, имеющий чисто символическое значение: влиятельные люди встречаются для того, чтобы поболтать и покататься на лыжах, и при этом они еще хотят придать всему этому видимость исторического, значимого, глобального события – как global leaders; менее влиятельные стилизуют происходящие под заговор управленцев и еще ссорятся друг с другом по этому поводу; и у каждого здесь еще площадка для того, чтобы более выпукло представить свой профиль. Организаторы ВЭФ под руководством профессора экономики Клауса Шваба (Klaus Schwab) с девяностых годов пытались оптимизировать борьбу за определение своего места путем открытия этого мероприятия. Тогда появился «Open Forum» (англ: открытый форум – прим. пер.), на котором могли выступать участники ниже уровня генеральных директором и министров, стали приглашаться также звезды Голливуда, поп-музыки и изотерических учений, а темы тогда еще динамичных «противников глобализации» все больше перетекали в главную программу ВЭФ. Де факто мероприятия для менеджеров вращаются прежде всего вокруг проблем этики, окружающей среды, бедности, здравоохранения и социальных вопросов, климата, воды, а также падения ценностей в банках. Все это послужило поводом для того, чтобы обвинить ВЭФ в проведении пиар мероприятий, за которыми концерны могут спрятать свои корыстные интересы -управление вопросами репутации - в снегу.

Да, ну и что теперь? Мировая власть, пиар-танцы или немного того и другого? С содержательной точки зрения этот даже такой глобально влиятельный Economic Forum, в конечном счете оказывается заурядным мероприятием, а если сказать более грубо: давосская толпа (Davos crowd) представляет собой собрание людей, которые также слепо следуют в русле господствующих тенденций, как и другие группы людей. В девяностые годы они заигрывали с идеями ценности держателей акций и мировой цифровой революции, но после лопнувшего пузыря Интернета (dotcom  crash) и  скандала с компанией Enron наступил новый период смягчения, а девиз 2003 года логичным образом гласил: «Укреплять доверие».

Что тут неправильного, когда менеджер размышляет вместе с критиками капитализма?

Основные либеральные экономические правила, конечно, после этого продолжали проповедоваться в Давосе, так что мероприятие в прошлом году, после кризиса на финансовом рынке проходило в атмосфере растерянности. Клаус Шваб накануне искренне выразил надежду на то, что его конференция превратиться «в своего рода санаторий». Однако даже это было слишком амбициозно, на Волшебной горе не были разработаны и не отпускались никакие новые лекарства – скорее ВЭФ повторял известные кривые обучения экономического мира: банки отстранились, другие эксперты в области экономики неожиданно нашли определение той катастрофы, которую они на ВЭФ в 2008 году еще не наблюдали; и многие увидели смысл в международном сотрудничестве между государствами и в государственных правилах. «Участники ВЭФ признали, что они не так много знают, что само по себе является серьезным прогрессом», резюмировал известный британский обозреватель по экономическим вопросам Мартин Уолф (Martin Wolf), который также принимал участие в Давосе в качестве организатора дискуссии.

Кто говорит о «духе Давоса», тот имеет в виду многое из того, что называется духом времени. Однако это еще не все. Естественно, что-то должно происходить на встрече, в которой принимают участие, наступая друг другу на ноги, президенты, премьер-министры, главы концернов, поп-звезды, олигархи и лауреаты нобелевской премии. Они приезжают сюда, чтобы слегка обсудить проблему изменения климата или иранскую ядерную проблему, и после этого еще друг с другом познакомиться. Если спросить у менеджеров о целях их приезда в Давос, то ответ будет такой: «Нигде нельзя встретить так много важных людей и установить с ними контакт». А то, что для этого топ менеджеры должны сидеть за одним столом с критиками капитализма, воспринимается как побочный эффект, и это нельзя поставить в вину ВЭФ. 

Нельзя упрекнуть Давос и в том, что иногда, очень редко, на нем достигаются политические прорывы – как это было в случае исторической встречи южноафриканского президента Фредерика Виллема де Клерка (Frederik Willem de Klerk) и Нельсона Манделы в 1992 году; встречи по поводу ситуации в Газе между Шимоном Пересом и Ясиром Арафатом в 1994 году или при принятии миротворческой «Давосской декларации» конфликтовавшими между собой Грециией и Турцией в 1987 году. Возмущение, которое уже давно направлено против этого мероприятия, не имеет под собой основания: этим основанием не могут быть ни его побочные эффекты, ни его скудные результаты.